Если бы Германия не отвлекалась на борьбу против вторжения англичан в Северную Африку; на Балканы и в Грецию, то она начала бы свое вторжение в СССР тогда, когда это планировалось первоначально, то есть в мае; его не пришлось бы откладывать до июня, тaким образом, вермахт не остановился бы у ворот Москвы, а может, взял бы ее. Не было бы английских конвоев, пришедших на помощь Восточному фронту. Сотни тысяч немецких солдат можно было послать на советский фронт и Красная Армия была бы разбита к 1942 г. или, по меньшей мере, отброшена к Уралу. Сталин оказался бы перед лицом поражения, и мировые события развивались бы совершенно иначе. Возьми Гитлер на себя задачу гарантировать сохранение британской империи, Япония лишилась бы поддержки Германии. Поэтому даже после Перл-Харбора, между Германией и США, наверное, войны бы не было. В любом случае, разве поссорился бы Гитлер с Рузвельтом, если бы Вашингтон не помогал Великобритании? К 1942 г. Гитлер одержал бы победы во всех сферах.

К воскресенью 29 июня информационный отдел гене­рала Веделя подготовил сообщение сразу о 12 крупных победах; на самом деле, эти успехи были достигнуты в течение недели, но о них сообщали не по порядку, а сразу, для пропагандистского эффекта. Фронтовики про­тестовали против такой подтасовки, а для тыла такая доза оптимистической информации оказалась слишком силь­ной. После окружения советский войск под Вязьмой и Брянском (9 октября) Гитлер лично вписал в сводку вермахта: «Советы потеряли последние боеспособные ар­мии».
Немецким солдатам на Восточном фронте эти свод­ки казались абсурдными; в бюро Веделя звонили офице­ры с Восточного фронта, знакомые с истинным положе­нием вещей, но тот был бессилен что-либо изменить. Однажды Гитлер, увидев в сводке число — 3000 советских военнопленных, посоветовал Гальдеру не только повы­сить его порядок, но и сделать число более точным — 30 063. В другой раз Гитлер возмушался тем. что в очеред­ной сводке вермахта речь шла о 28 сбитых британских самолетах, а сами британцы сообщали о 30 самолетах.

Мюллер, не обладавший харизмой и организаторски ми данными, не смог унифицировать конгрегацию прок-стантов в Германии. В Первую мировую войну он бьп дивизионным военным священником в Константинопо­ле, теологического образования не имел755. Немецкий протестантский теолог Карл Барт написал статью «Теоло­гия сегодня», в ней гитлеровская «реформа церкви» была подвергнута уничтожающей критике. Эта критика была заострена Вальтером Нимеллером, вскоре ставшим гла­вой протестантской оппозиции нацизму. Нимеллер как-то сказал в проповеди: «Вы (он обращался к Гитлеру) говорите, что мне следует возложить заботу о немецком народе на вас. Отвечаю: ни вы, ни любая другая власть на свете не в состоянии снять с христиан и церкви ответ­ственность, которую на нас возложил Бог».

«1